От бретонской арфы - к русским гуслям

ЗАПИСИ

Маргарита БЕЛАЯ

У каждого из нас свои смотровые вышки, сказал поэт. Кто-то смотрит с табуретки, а кто-то - с горы. Впрочем, пионер этнорока Алан Стивелль, завороженный в детстве звучанием бретонской арфы, вероятно, поначалу и не предполагал, что, сплавив воедино рок-музыку с кельтской традицией в великолепный бретонский рок, не только увлечет за собой молодежь и станет провозвестником world-music, но также найдет в России упрямого и верного последователя.

Молодой московский композитор и продюсер Михаил Смирнов несколько лет назад выпустил в свет блистательный альбом кельтской музыки "Кельтомания" - первый в России и очень успешный опыт соединения этнической традиции с современным звучанием. И сразу же начал работу над проектом, призванным освободить от стереотипов архаичности и бесперспективности инструмент не менее древний, чем бретонская арфа, - русские гусли.

Гусельная музыка родом из раннего Средневековья, когда смысл жизни проходил очень близко, заглядывая людям в глаза, а потом заложил крутой вираж и ушел в небеса. Ее добывают из глубины веков и преподносят нам сегодняшним, чтобы мы учились радоваться жизни. Взявшись за это нелегкое дело, Смирнов собрал в проекте "Гусли Русские" уникальных музыкантов, каждый из которых представил свой собственный, оригинальный способ обработки драгоценного материала.

Суровая аскетичность духовных стихов в исполнении Сергея Старостина, члена знаменитого "Moscow Art Trio" и подлинной звезды world-music, представляет основания, уходящие в глубь времен: даже текст в них звучит таинственно, как надписи с древних скрижалей, в перекличке колюк, пастушьих дудок из борщевика с невероятным, пронзительно-шипящим тембром ощущаются срез событий, острая грань жизни, а в строгих интонациях гуслей - достоинство и сдержанная тихая печаль.

У Любови Басурмановой, представительницы классической школы, инструмент (конструкции знаменитого гуслиста Давида Локшина: струны натянуты перекрестно с обеих сторон) звучит как целый оркестр - объемно, мощно, торжествующе. Тонко вьется мелодия в "Колыбели солнца", широко разливаются сказочные переливы в "Венке былин", традиционный материал любовно собран и нанизан на прочную основу настоящего мастерства.

В композициях Максима Гавриленко, напротив, все - эксперимент: от состава исполнителей до музыкальных интонаций, гусли в ансамбле с бас-гитарой, гобоем и аккордеоном звучат почти как гитара, то интимно-чувственно, то азартно, дерзко и очень по-европейски.

Украшение альбома - трогательно чистый, с благородным серебристым обертоном голос Анжелы Манукян. Солистка модной этногруппы "Волга" знает множество традиционных текстов - былин, распевок, заговоров - и впевает их в собственные музыкальные интонации, мгновенно импровизируя мелодию. Так, в процессе репетиций и родились игривые, ироничные "Кумушки", светлая, радостная "Купаленка", в которой гусли остроумно сочетаются с кокетливой просвирелкой и певучей болгарской волынкой гайта. Кстати, все партии этнических духовых, - а в их числе еще и китайский рожок хулусе, и ирландские флейты tin whistle и low whistle, и русские жалейки - звучат в исполнении корифея отечественной фолк-сцены, мультиинструменталиста Сергея Клевенского, в арсенале которого около 80 инструментов со всех концов земли. Ему, безусловно, принадлежит немалая роль в том, что музыкальное пространство альбома раздвинулось до общеевропейских этнических границ, а содержание получилось единым целым, где каждая фраза - слой ассоциаций, глубокая и тонкая общечеловеческая эмоциональность, тайное знание свободы, простора и преодоления. Это - музыка-путешествие, без границ и заслонов.

Итак, авторам проекта удалось главное - открыть для древнего инструмента новое художественное пространство, дать новое развитие. Гусли, почти вытесненные из национального сознания балалайкой и гармошкой, возвращаются и, возможно, станут для России таким же символом фольклорного возрождения, как арфа в Бретани или кото в Японии. Это справедливо со всех точек зрения - и исторической, и культурной, и психологической. Кстати, о психологии: японцы - народ с чрезвычайно развитым чувством традиции, у которого есть даже праздник любования цветами - любят посидеть у реки. Приходишь на грани нервного срыва - уходишь со строгим и правильным расположением эмоций: воздух над бегущей водой, богатый отрицательными ионами, помогает человеку вслушиваться в себя, развивает интуицию. Так вот. Слушать гусельную музыку - все равно что в воду глядеть. Различать в ней отражения небес, грозовых облаков и солнечных отсветов - и находить гармонию с самим собой и окружающим миром. На концерте в ЦДХ, живая запись которого и стала альбомом "Гусли Русские", музыку сопровождали слайды потрясающего фотографа, истинного художника Валерия Близнюка: пустынные пейзажи Русского Севера, монастырские белые своды, шершавая фактура старинных каменных стен, стойкие валуны и текучий песок, дремучая нива и вода, вода... Не запятнанная прикосновениями земля, где как будто живут не люди, а только лишь мысли. Красота, которую мы еще не потеряли.

Лавры для Лавровского
Вечер в честь 100-летия хореографа


Кремонская школа: от Страдивари до наших дней


Вселенная Визбора


Смелые наездники
Стажеры за пультом НФОР


О бедных маэстро замолвите слово
В Ярославле учредили приз Геннадия Рождественского

ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

Звездопад в "Ле Клубе"

ЗАПИСИ

От бретонской арфы - к русским гуслям