Молитвы под космической антенной

"Иерусалимский синдром" Александра Тягны-Рядно

ФОТОГРАФИЯ

Елена ШИРОЯН

А.Тягны-Рядно. "Совет Мудрецов"

Всего лишь несколько десятилетий назад небо над арбатскими дворами было там и сям расчерчено скромными веревочками, на которых сушилось белье. Это теперь "умные" стиральные машины здесь, в престижном и модном районе столицы, стали заурядным явлением, тогда как патриархальный быт - экзотикой. Зато Земля обетованная, еще не так давно далекая и ирреальная, почти как другая планета, теперь вдоль и поперек исхожена и изъезжена россиянами: ведь там, как пел Высоцкий, "на четверть бывший наш народ". А посему туда едут по делам, в гости, на лечение, в круизы; возродился даже институт паломничества, отмененный было советской властью - псевдоатеистической, а на деле выработавшей собственную религию со своими мучениками и эрзацами храма. Но "возвращается ветер", как и все иное - на круги своя... Стоит ли удивляться, что на денек вернулись и на Арбат простыни на бечевке, только на этих белых полотнищах званые гости фотографа Александра Тягны-Рядно и радушно принявшей его галереи "Акварель" увидели... образ Иерусалима. Однодневная (увы!) выставка-перформанс прошла en plein air, то есть под открытым небом: бродя в тесном дворе между фотоотпечатками, которые развесили рядами, закрепив бельевыми прищепками, можно было вообразить себя то ли в передвижной галерее, то ли прямо на улице иноземного города, который вновь испытал прилив интереса к себе (может, хоть на это сгодилась телеверсия булгаковского "Мастера"?) и оказался превосходной фотомоделью.

Не счесть, сколько сделано портретов Ерушалаима только российского производства и только за последние 15 лет, когда он наконец нам "открылся". Замечу, в недолгий срок мы увидели не только бесчисленные фото- и видеокадры, но и немало зарисовок и холстов с видами Святой земли от русских художников прошлых времен. Как ни смешно, прежде советские музейщики не очень-то рьяно показывали палестинские этюды Поленова или картины братьев Чернецовых! К слову, работы сих трудолюбивых братьев-видописцев XIX века мне довелось увидеть именно благодаря галерее "Акварель" на одном из антикварных салонов в ЦДХ - едва ли не раньше, чем в музейных ретроспективах. Так что "по правильному адресу" явился популярный фотохудожник, который признается, что три дня как безумный бродил с камерой по израильской столице (отсюда и медицинское название выставки, где - цитирую каталог - помянут "специфический психоз, возникающий в Святом городе: путешественники начинают чувствовать себя Христом, Девой Марией, пророками и мессиями"). К моим дурацким вопросам, трудно ли было выбрать в отснятых километрах пленки материал для экспонирования, а также почему фото черно-белые (не жаль лишать зрителей дивных красок Востока?), Тягны-Рядно отнесся добродушно; но могу себе представить, что за сомнения испытывает художник, предлагающий на суд галеристов ли, зрителей те же ландшафты, которые тысячекратно растиражированы армией репортеров и фотохудожников мира... И как же исхитриться сделать небанальный кадр у Стены Плача (отдельно, крупным планом - записки, которые оставляют верующие в пазах ее кладки) или возле "Купола над Скалой"; снимая панораму Старого города, автор сознательно "отрезал" главную, изрядно намозолившую глаза достопримечательность - тот самый золоченый купол мечети Омара. Надо сказать, знаменитые памятники истории получили на этой фотосессии не больше места и времени, нежели повседневная жизнь города, которая, как и во всех прочих столицах, строится на контрастах. Правда, тут контрасты особенно резки, подобно глубоким теням на снимках: древность, патриархальный уклад - и приметы нынешнего высокотехнологичного быта вроде спутниковых антенн на фоне куполов или новехоньких автомобилей на старых плитах мостовой. А еще погруженные в свои проблемы горожане - и неизбежные люди в военной форме; береты десантников рядом с хиджабами, ермолками, шляпами хасидов; традиционное в Средиземноморье разделение на мир мужчин и мир женщин, для стороннего наблюдателя существующих параллельно. Два мира - два Иерусалима! А при желании можно насчитать и больше.

Не так уж много на свете городов, к которым применим эпитет "вечный": Рим да еще этот, в древности слывший центром мироздания. "Так говорит Господь Бог: это - Иерусалим! Я поставил его среди народов, и вокруг него - земли" - это из Библии; в кадре - Омфал, пуп земли, он находится здесь же, в храме Воскресения. Ритмы современной реальности едва пробиваются сквозь толщу тысячелетий - это присуще всему Ближнему Востоку с его мнимым спокойствием и неподдельной доброжелательностью местных жителей. Но ни один из расположенных невдалеке от израильской столицы городов (Библос, Дамаск, Амман, Тир ничуть не моложе, и зримых тому свидетельств в них не меньше) не может блеснуть тем же отраженным светом. Не та у них аура!

Признаюсь, радость первооткрывателя не покидала и меня на выставке: в Святой земле я не бывала, хотя немало колесила по странам, лежащим окрест. Аскетичная, скупая на эффекты природа, с которой стоически борется человек, - и шанс ощутить себя наедине с вечностью: вот что поражает прежде всего... Но подступает другое чувство - тревога: в не меньшей степени, чем благодать, нисходящая на паломников, в воздухе над Ерушалаимом разлита ненависть. В очередной раз она выплеснулась в событиях, не сходящих с газетных полос, - правда, войну московский фотограф по счастью не застал, а может, в любом случае не стал бы фиксировать. Не потому ли безмятежно колышущиеся на арбатском ветерке снимки, раскупаемые на вернисаже как горячие пирожки, мне напомнили другой open-air - выставку "Here is New York"? Три года назад в Тольятти, а затем в Москве ее устроили кураторы Хьюстонской биеннале вместе с сотрудниками Московского музея современного искусства. Тогда два энтузиаста из Нью-Йорка провезли по разным странам подборку всевозможных снимков, присланных теми, кто сделал их в главном городе Америки пусть и "мыльницей", но в течение одного-единственного дня. Вряд ли нужно называть дату, с которой по-настоящему начался отсчет ХХI века. Как выдержат его ветры обветшалые стены над долиной Кедрона?

ИЛЬДАР ГАЛЕЕВ: "Музеи диктуют моду, галеристы ее подхватывают"


"Прогулка с розой" по Спиридоновке
Юбилей Михаила Ларионова


Вальс вокруг белого кувшина
Живопись и графика Анатолия Любавина

ФОТОГРАФИЯ

Молитвы под космической антенной
"Иерусалимский синдром" Александра Тягны-Рядно


Для человека или без него?
"Мир с высоты" француза Яна Артюса-Бертрана

ЧЕМ МЫ ГОРДИМСЯ

Высоко сижу, далеко гляжу
Троны в Музеях Московского Кремля