Главная | Форум | Партнеры

Культура Портал - Все проходит, культура остается!
АнтиКвар

КиноКартина

ГазетаКультура

МелоМания

МирВеры

МизанСцена

СуперОбложка

Акции

АртеФакт

Газета "Культура"

№ 36 (7597) 13 - 19 сентября 2007г.

Рубрики раздела

Архив

2011 год
№1№2№3
№4№5№6
№7№8№9
№10№11№12
2010 год
2009 год
2008 год
2007 год
2006 год
2005 год
2004 год
2003 год
2002 год
2001 год
2000 год
1999 год
1998 год
1997 год

Счётчики

Театр

Пленники миражей

"Черная уздечка белой кобылицы" в Театре сатиры

Майя ФОЛКИНШТЕЙН
Фото Михаила ГУТЕРМАНА


Глядя на это название (раньше, правда, звучавшее немного иначе, так как слово "кобылица" произносилось в дательном падеже), театралы старшего и среднего поколений наверняка получат шанс мысленно перенестись на тридцать лет назад. Потому что именно в конце 70-х годов прошлого века под эгидой Камерного Еврейского театра, имевшего постоянную прописку в Биробиджане, появился первый вариант "Черной уздечки...". Возник он по инициативе режиссера, композитора и хореографа премьерного спектакля Театра сатиры, основателя КЕМТа Юрия Шерлинга, в 2004 году на страницах мемуарной книги "Одиночество длиною в жизнь" поведавшего нам о мучительном процессе рождения спектакля.

О том, как, перечитав рассказ Шолом-Алейхема "Немец", вместе с поэтом Ильей Резником загорелся идеей придумать его вольную сценическую версию, о тяжело давшемся решении лично сочинить музыку к спектаклю, о биробиджанской премьере "Черной уздечки...". Она, кстати, как вспоминает Шерлинг, чуть было не сорвалась по причине изрядной порчи грандиозных, по свидетельствам очевидцев, декораций Ильи Глазунова, который тут же вылетел на "место преступления", дабы лично устранить неполадки. Не забылся режиссером и столичный показ, на поверку обернувшийся настоящей акцией. Все-таки спектакли на языке идиш (текст пьесы написал поэт Хаим Бейдер) становились в эпоху глухого застоя диковинкой, вдобавок до того момента Москва ни разу не видела еврейской оперы-мистерии, что отчасти и предопределило успех столь рискованного творческого начинания Юрия Шерлинга.

Сегодняшнего же зрителя вряд ли удивишь каким-либо, самым что ни на есть экстремальным жанром. К тому же и еврейский сюжет давно не считается чем-то экзотическим и уж тем более запретным. Да и Шерлинг наверняка не задавался целью вступить второй раз в ту же реку. Прикоснувшись к дорогому для себя драматургическому материалу, он стремится обнаружить созвучие основной темы пьесы нашим дням с их непрекращающимся противостоянием между материальными и духовными ценностями. Закономерен и приход Юрия Шерлинга в Театр сатиры, чья труппа неизменно тяготеет к музыкальным спектаклям. Славным традициям стараются не изменять и артисты, занятые в "Черной уздечке..." (среди них есть и дети, участники знаменитого ансамбля "Домисолька", ведомого Ольгой Юдахиной и Иваном Жигановым). Спектакль представляет собой отнюдь не слепую копию прежней постановки Шерлинга, а практически самостоятельный проект (продюсер-координатор - Алекс Войлер, Израиль).

Из прежней команды, помимо самого Шерлинга, в него перекочевал только Илья Резник (взявший в соавторы своего сына Максима). Глазунова же сменил сценограф Александр Лисянский (Израиль), лишивший игровое пространство конкретных бытовых деталей и ограничивший его огромным, полупрозрачным полотнищем, на котором можно различить очертания маленьких домишек. Так получился символический образ городка с говорящим наименованием "Миражня" (у Шолом-Алейхема действие происходило в Диражне).

Его обитатели едва сводят концы с концами, но при этом не перестают мечтать о благополучии и, конечно же, уповать на чудо. Оно обязательно должно вот-вот произойти. Раз события разворачиваются на фоне праздника Хануки (недаром у одного из порталов сцены художник расположил ханукальный восьмисвечник, а на авансцене - шамаш, "свечку-служку", от которой по ходу спектакля персонажи последовательно зажигают положенные восемь свечей). Лишь презираемый и гонимый миражненцами местный праведник Йоселе (Иван Ожогин) умоляет земляков не обольщаться и не впадать в экстаз, зная, что желания имеют обыкновения сбываться совсем не так, как того хотелось бы. Но вопреки его разумным доводам население Миражни упорно грезит о "золотом дожде", а родители возлюбленной Йоселе Зелды (Анастасия Микишова) - Шолом-Бер (Владимир Огнев) и Хана (Ольга Суркова) - также и о выгодной партии для старшей дочери.

Словом, как замечает один из персонажей спектакля, налицо "большие проблемы маленьких людей", которые явно не понаслышке знакомы нам, зрителям, независимо от национальности и социального положения. Ведь мы - песчинки по сравнению с Всевышним. Или - с силами зла.

Последние в спектакле Театра сатиры олицетворяет некто Реб Беньомин (Юрий Васильев) - путешествующий нувориш, ассоциирующийся у Шерлинга едва ли не с Мефистофелем, воплощающим в реальность чаяния жителей Миражни. Но они, как нетрудно догадаться, никому не идут впрок.

В общем, главная мысль спектакля Юрия Шерлинга ясна: не в богатстве счастье. Гораздо важнее сохранить чистоту своей души, уметь с достоинством выдержать жизненные испытания, в том числе и бедность. А она, согласно известной пословице, "еврею к лицу, как черная уздечка белой кобылице". Хотя почему только еврею?

Такие вот выводы провоцирует этот спектакль. Кто-то может счесть их донельзя банальными. Но, кажется, они абсолютно логичны, когда речь идет о таком по-хорошему простом и чрезвычайно сердечном понятии, как притча. И очень жалко, что авторам "Черной уздечки..." зачастую изменяет вкус и они насыщают ее совсем уж дешевыми приемами, призванными непременно вызвать реакцию публики. То, к примеру, зрительское ухо непроизвольно уловит грубое выражение. А иногда в звуковую партитуру спектакля ворвется мелодия "Хавы Нагилы", услышав которую только ленивый не вспомнит ресторан.

Все это снижает градус восприятия спектакля, отмеченного серьезными актерскими работами Ольги Сурковой, сыгравшей чадолюбивую и совестливую Хану, или Николая Пенькова, явившего публике невероятно драматичную фигуру отца Йоселе - раввина Ребе Нафтали Бен Эфраима. Стоит сказать и об эффектно ведущем свою партию Юрии Васильеве, порой все же чересчур увлекающемся пластической составляющей роли. Нередко в игре Васильева проскальзывает и элементарная пошлость, излишне утрированная, даже карикатурная подача характерного, типично местечкового акцента. Подобных набивших оскомину штампов, увы, не удается избежать и остальным исполнителям. Впрочем, хочется верить, что это явление временного порядка.

Также в рубрике:

ТЕАТР

ЗАНАВЕС

ФЕСТИВАЛЬ

© 2001-2010. Газета "Культура" - все права защищены.
Любое использование материалов возможно только с письменного согласия редактора портала.
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Министерства Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций Эл № 77-4387 от 22.02.2001

Сайт Юлии Лавряшиной;