Тело как цветок

ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

Майя КРЫЛОВА

Крохотный Тау-зал Театра "Школа драматического искусства" устроен так, что дистанция между публикой и зрителем - нулевая, как между подсознанием и словом в знаменитом романе Джойса "Улисс". Это подходящее место для режиссера и хореографа Константина Мишина, сделавшего "Гибралтар", спектакль по финальному монологу романа - излияниям Молли Блум (35 страниц мелко набранного текста, и это одно-единственное предложение без запятых и точек, мешающих извержению эмоций).

Мишин последовал совету друга Джойса, еще более "махрового" экспериментатора: Сэмюэл Беккет говорил, что тексты гениального приятеля надо "смотреть и слушать". Джойс называл свой роман "эпосом человеческого тела", а Молли мыслил как квинтэссенцию всего "вечно женственного". Мишин на эпос, конечно, не замахивается, но интерес к телу не скрывает, ставя его в центр проекта. А манеру джойсовской героини думать и чувствовать использует как стилеобразующий фактор, воспроизводя в режиссуре и пластике стремление писателя к бесконечной словесной "текучести". В Молли у Мишина играют семь похожих на кукол дам в грациозно - белом, притом что каждая - в одной черной перчатке и в одном черном чулке. Дамы читают отрывки из монолога героини и демонстрируют многообразные таланты: неплохо поют арию Генделя, мелко-мелко перебирают ногами в красных туфельках, броско валятся на землю и манипулируют предметами - от коньков до кастрюль. Кстати, о кастрюлях. Они здесь не просто предметы с кухни, но знак чего-то иного, как и любая вещь, вынесенная на сцену. К примеру, игра в дартс и смычок виолончели используются как фаллические символы, а красные тряпки, наматываемые на тела, говорят о природном женском цикле.

Воспроизводимые фрагменты романа сосредоточены в основном на физиологии полов и особенностях половых актов: Молли - женщина земная, плотоядная и к высоким материям не склонная. Выдранные из контекста реплики из "Улисса" в "Гибралтаре" звучат как куски типового дамского романа, в котором героиня совмещает крутой секс с романтическими эмоциями: в перерывах между соитиями она мечтает о звездах на южном небе и описывает собственное тело как цветок. Рядом с хлещущей через край женской стихией существует единственный в спектакле мужчина - сам Мишин в роли крутого мачо: он читает страстные стихи Гарсия Лорки, прогуливается по сцене в красных плавках и лихо заваливает дам на пол, олицетворяя вожделеющее мужское начало. В общем, все, как у Джойса, который к женщинам относился патриархально: в частном письме писатель описывал Молли как "абсолютно здоровую упитанную аморальную плодовитую не заслуживающую доверия завлекающую лукавую ограниченную осторожную безразличную бабу".

А что проект Мишина не совсем складывается в единое целое, распадаясь на ряд этюдов и эпизодов, так это нормально. В конце концов, "Гибралтар" не более сумбурен, чем женская логика в понимании автора "Улисса".

Полный штиль
Новая редакция балета "Корсар" в Михайловском театре


Французский шарм Сорочинской ярмарки
Валерий Полянский завершил оперный триптих по Гоголю


Выставка жестокости
Московская филармония провела фестиваль "Другое пространство"


Трое в лодке вместе с оркестром
Ансамбль "Московское трио" и ГАСО выступили в БЗК


ФРАНК АНДЕРСЕН: Чувствую себя слугой двух господ

ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

Тело как цветок